Годы, прошедшие
после чернобыльской катастрофы, несколько
притупили остроту боли от происшедшего, сгладило
горечь утраты для человека прекрасного,
цветущего края. Но именно эти два десятилетия
позволили глубже прочувствовать происшедшее,
взглянуть на событие без налета мимолетных
эмоций. Сейчас особенно очевидно, насколько
обширна и многогранна проблема Чернобыля.
Грань экологическая - огромная
территория загрязнена радиоактивными изотопами,
которые оказывают и будут оказывать свое влияние
на все живое на протяжении многих поколений.
Другая сторона этой же грани - с этой территории
ушел человек, перестал оказывать давление на
окружающую среду. Из явных факторов этот
оказывает наибольшее влияние: уход людей вызвал
значительные изменения в растительных и
животных сообществах.
Грань культурная - территория, которую
покинули люди, растворившись в массе населения
других территорий, обширна и весьма самобына.
Данный пласт культуры через несколько лет будет
утерян уже полностью, оставив после себя лишь
некоторые материальные ценности, собранные во
время экспедиций в Зону.
Грань медицинская - рост уровня
заболеваний, особенно среди детей; возрастание
числа отклонений у новорожденных. Наибольшая
опасность здесь - в кумулятивном действии
радионуклидов, длительности этого воздействия и
влиянии на наследственность, на генофонд нации.
Кроме того, может быть несколько менее
значимые, но тем не менее очень важные аспекты
проблемы Чернобыля - отселение и обустройство на
новом месте людей; проблема самоселов и бомжей;
проблема мародеров и охраны границ Зоны.
На самом деле проблема Чернобыля
гораздо более многогранна, но даже
перечисленного достаточно, чтобы понять всю
сложность вопроса. *
З о н а .
Вот уже двадцать
лет для десятков миллионов людей, в первую
очередь жителей Беларуси и Украины, это короткое
слово приобрело тревожный, грозный оттенок. Так
кратко называют территорию, загрязненную
радиоактивными веществами, которая появилась
после крупнейшей экологической катастрофы -
аварии на Чернобыльской АЭС. Нет необходимости
говорить о причинах катастрофы - об этом написаны
десятки статей, снято несколько фильмов. Сейчас
нас будет интересовать лишь тот факт, что сотни
квадратных километров в трех республиках были
загрязнены радиоактивными изотопами - стронций,
цезий, плутоний и еще десятки наименований в
спектре радионуклидов. В составе экспедиций
Института зоологии АН Беларуси я много раз бывал
в Зоне, и хочу поделиться своими впечатлениями об
увиденном.
Первое, что встречает Вас при въезде в
Зону - колючая проволока. На много десятков
километров протянулись ряды проволочных
заграждений. Граница тридцатикилометровой зоны,
граница созданного здесь Полесского
радиационно-экологического заповедника, граница
десятикилометровой зоны - каждая из них отмечена
своим рядом колючей проволоки. Сразу после
въезда в Зону, как только остается позади
милицейский пост, бросается в глаза царящее
вокруг запустение. Разрущаются зарастающие
дороги - их не ремонтировали уже много лет.
Зарастают поля и луга, почти не боятся человека
животные - животные, у которых мышцы и кости,
каждая клетка, каждая капля крови насыщены тем
самым коварным, невидимым и неощутимым ядом,
действие которого может сказаться через десятки
и сотни лет, через множество поколений.
Но самое тяжелое чувство вызывает вид
оставшихся там, за колючей проволокой, деревень.
Из них после аварии были эвакуированы люди. Им
пришлось уехать, оставив свой дом, бросив
практически все свое имущество, разом оборвав
связи с землей своих предков, со всем, что было
для них дорого. Когда эти деревни видишь издали,
проезжая мимо на машине, они почти не отличаются
от любых других. Но вблизи они своей тишиной и
безлюдием производят гнетущее впечатление.
Больно видеть, как все, чем жили люди, над чем они
трудились, что составляло смысл их жизни,
приходит в запустение. Время и погода делают свое
дело - деревни постепенно разрушаются, дома
ветшают. Многие ряды колючей проволоки,
милицейские посты на границе Зоны не стали
помехой для мародеров. Оставленное имущество
разграблено, все более-менее ценное вывезено,
остальное разбросано, сломано. Зато буйно
разрослись здесь неухоженные сады. Пышно
расцветая весной, они дополняют картину
запустения, создают еще больший контраст между
природой, освобожденной от влияния человека, и
разрушающимися творениями человеческих рук.
В течение ряда лет я имел возможность
наблюдать за внезапно покинутыми людьми
деревнями в этой зоне, видеть и переживать
постепенную гибель всего, построенного людьми.
Страшно смотреть на эти места, где еще совсем
недавно жили люди. На большой территории гибнет
древняя славянская культура, исчезает без следа
под натиском природы, для которой появление и
уход человека лишь краткий миг. Бабчин,
Красноселье, Оревичи, Вепры, Дерновичи, Дроньки,
Кожушки, Борщевка, Ломачи, Масаны, Кулажин, Синцы,
Радин - все те места, которые вы видите на
фотографиях - обычные полесские деревни. Были
обычные. Пока не простер над ними свое черное
крыло Чернобыль.
Здесь очень остро ощущаешь, что на
десяток километров вокруг тебя нет ни одного
человека. Вполне обычно на первый взгляд
выглядят дома, находящиеся в такой деревне - так
же, как дома в сотнях других полесских деревень.
Но, даже если не присматриваться внимательно,
подсознание фиксирует десятки мелочей - деревце,
выросшее посреди дороги, заколоченое досками или
разбитое окно, распахнутая настежь или сорванная
с петель дверь, заросшее травой крыльцо... Из этих
мелочей, которые ты можешь даже не замечать, и
складывается то чувство одиночества,
заброшенности, оторванности от всего мира,
возникающее в покинутой деревне. Я предлагаю
вашему вниманию несколько фотографий из числа
сделанных там, в зоне радиоактивного
загрязнения. На них я попытался не столько
показать увиденное, сколько передать на
представленных работах то ощущение, которое
охватывает тебя в зоне. На этих фотографиях Вы не
увидите людей - ТАМ людей НЕ ОСТАЛОСЬ. На этих
фотографиях нет грозных предупреждений о
радиационной опасности и символа радиации. ТАМ
нет этих предупреждений, поскольку НЕТ НИКОГО,
кто мог бы читать грозные предупреждения. Все это
осталось в прошлом. Сейчас здесь лишь застывшая
во времени боль людей, медленно разрушающаяся
память о живших здесь людях и гнетущее ощущение
одиночества...
В. Блинов |
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
)
