главная z-проекты как дела? «Как дела?» с Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»

«Как дела?» с Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»


В нашей постоянной рубрике – новый гость. На этот раз поговорили с Никитой Безруковым о мобилографии, авторском курсе «ФотоПреображение» и важности свадебных фотографий.

«Как дела?» С Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»

Здравствуй, Никита. Как дела?

– Как же у меня дела? Здесь – хорошо, здесь – не очень, а настроение отличное. Это базовый лайфхак – жить так, чтобы настроение не зависело напрямую от «как идут дела». Настроение может быть хорошим почти всегда, если долго тренироваться.

– На твоей странице в Facebook записи только о благотворительных съёмках, хотя ты позиционируешь себя как человек, зарабатывающий на фотографии.

– Для полноты картинки можно добавить, что года четыре назад некоторые клиенты рассказывали, что на основе проведенного исследования рынка Никита Безруков – самый дорогой фотограф. Так что либо очень дорого, либо только благотворительные съёмки (смеется)! Думаю, ошибка в формулировке: «на странице в Facebook». Я использую ленивую форму ведения соцсетей: делаю репосты записей, которые люди опубликовали за меня. Это связано с тем, что я, в принципе, себя никак не рекламирую. С 2006 года фотография – основная работа, а до этого 5 лет учился на юриста, но фотоаппарат держал в руке чаще, чем все кодексы вместе взятые, а в фотошоп смотрел дольше, чем в конспекты. И за эти годы сфотографировал больше, чем нужно было, чтобы «зачетка начала работать на тебя». А потом понял, что работа – это знакомство с новым человеком, который стоит за каждым проектом, общение, решение задач, поиск эффективной концепции и так далее. Этот процесс расходует основной ресурс – мое время. И фиксация результата описанной работы (сама фотосъемка) – это приятное времяпрепровождения, за которое я сам зачастую готов приплачивать. Как, например, проект «Чытаем па-беларуску з Velcom», в котором школьники соревнуются в мастерстве декламирования стихов белорусских поэтов. Это же праздник, а не работа. Хотя точнее сказать «свята, а не праца».

Ты, как и раньше, принимаешь любые заказы или, сегодня Никита Безруков уже может выбирать?

Я вообще не берусь за то, что не хочу делать, и так происходит уже давно. Другое дело, бывают съемки, которые не оправдывают ожидания, или когда понимаешь, что «не моё». Но это ведь стандартный процесс накопления опыта, который позволяет в следующий раз трезво оценить все обстоятельства, и если точно понимаю, что по каким-то причинам не смогу выдать тот результат, который хочет заказчик, то советую другого фотографа. Бывают не те обстоятельства, не тот формат общения или просто: сходишься или не сходишься с людьми – вообще, много разных причин.

В каких направлениях работаешь сегодня?

За то время, что занимаюсь фотографией – с 2001 года – я переснял всё, что только можно; работал во всех направлениях, часть из них осталась со мной навсегда. Некоторые пренебрежительно говорят: «Так это же свадебная съёмка». Ребята, это самая сложная съёмка в принципе. Это такой вызов, когда нужно уметь всё: ты должен уметь снимать репортажи, «предметку», портреты: крупным и общим планами, в естественном освещении, в динамике и т.д. И это один из самых интересных форматов. Мне нравится работать с людьми – это обмен идеями, эмоциями, энергией. И есть одна грань, которую не многие замечают в свадебной съемке – свобода, которую получаешь. Ты можешь вести любое количество гостей в любом направлении и делать с ними что угодно. Утрирую, конечно, но большая часть моих свадебных фотосессий происходит именно так. Это большое количество обстоятельств, которыми ты управляешь и, за счёт которых получаешь результат – вот это моё.

«Как дела?» С Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»

– Как, по-твоему, свадебная фотография вообще нужна?

– Свадебная фотография нужна значительно больше, чем 90% того, что происходит на свадьбах. Не имею в виду, что всё происходящее, кроме фотосессии, нужно отменить и запретить. Фотография в целом – машина времени, с помощью которой можно вернуться в определенный день, место, с помощью которой ты можешь испытать те же самые эмоции. Если на фотографиях запечатлен один из твоих счастливых дней, то это твой внешний аккумулятор, который всегда готов подзарядить. В этом, собственно, и кроется вся важность свадебных фотографий. Но есть одно обязательное условие: важно, чтобы «Он» и «Она» на самом деле любили друг друга. В таком случае тебе ничего не нужно делать, нужно просто фиксировать момент: всё, что нужно передать в кадре, уже есть, и очень чувствуется, если это не так. Существует много разных причин, почему люди женятся, выходят замуж и когда причина – не отношения между ними, вот это тяжело. Это действительно тяжёлый, титанический труд создать в кадре картинку того, что они друг к другу испытывают какие-то яркие чувства.

Что такое «студия Никиты Безрукова», которая существует с 2006 года?

– Студия – это я, потому что я – произвожу идеи, концепции, проекты, в которых необходимо участие других специалистов, ведь создание фотографий и видео состоит из разных процессов. Никогда не любил обрабатывать фотографии и уже давно не делаю это сам. Но есть люди, которым нравится сидеть перед монитором три дня подряд, обрабатывая фотоматериал, и вот этим вот счастьем я готов с ними поделиться. Когда начинаю работать с новыми дизайнерами, визажистами, монтажёрами и операторами, первое, что спрашиваю: нравится тебе делать эту работу или нет? Если нет, то сотрудничество просто обречено на провал.

Расскажи про свой авторский курс «ФотоПреображение». Для какой аудитории он предназначен?

– Курс «ФотоПреображение» придумал года три назад, но никак не мог найти время для запуска. Курс для каждого, кто смотрит на свою фотографию и не узнаёт в ней себя. И эта ситуация не зависит от пола, возраста и социального статуса – мы все себе не нравимся на фотографиях. Цифровые технологии сделали фотографию гораздо доступнее, что увеличило количество изображений, но мы пока не готовы к этому. Никто не сказал: ребята, теперь вы будете видеть себя на фотографиях часто, но радовать вас это будет значительно реже. Изначально, только небольшой процент людей видит на фотографиях то же, что и в зеркале, все остальные видят другого человека. Не потому, что их лица не такие, как должны быть, а потому, что нет понимания того, как формируется представление о своем изображении. За свою долгую фотопрактику я понял, как работает этот механизм. И во время курса учу участников не понимать себя, а – принимать, учу работать с восприятием своего портрета.

Занятие длится около 4 часов. Мы разбираем три основных составляющих любой успешной съемки: основы фотопозирования, совмещенные с поиском удачных ракурсов для каждой участницы (всё-таки в основном это девушки). Далее – индивидуальные советы по макияжу и подготовке лица к съёмке от визажиста проекта Марии Красковской. На десерт участницы получают рекомендации по формированию гардероба и поиску своего образа от Кати Тикота. Получается насыщенный и многогранный процесс знакомства с тем образом, который будет радовать на фотографии и в жизни.

– Ты говорил, что увлечение фотографией началось с дедушкиного «Зенита», и университетская газета была проиллюстрирована твоими плёночными фотографиями. Сейчас возвращаешься к плёнке?

– В какой-то степени плёнка для меня – процесс отложенного получения результата, когда ты сделал фотографии и не можешь их сразу просмотреть. К тому же, этот результат ещё и не контролируемый: кто будет проявлять плёнку, в каких условиях. Мне доставляет удовольствие процесс фотографирования и результат. Всё что между, – не интересует. Для клиента материал в принципе не важен. Ему важно, чтобы было настроение, чтобы он был красивый, чтобы фотографии выполняли те задачи, ради которых всё задумывалось. Для меня плёнка – просто неэффективная трата времени: слишком долго, слишком сложно и не прогнозируемо. Не понимаю какого-то фетиша плёнки. Такой немного философский разговор: вот если бы сначала была цифровая фотография, а потом появилась плёночная. Все бы говорили: смотрите, это цифра, какой там шум красивый, не то, что плёночное «зерно».

«Как дела?» С Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»

Многие фотографы меняют свои зеркальные камеры на беззеркальные, а ты – сразу на камеру в телефоне. Расскажи про сотрудничество с Huawei.

– Это простая история. Я взял протестировать новую модель телефона для съёмки бэкстэйджа, а рюкзак с фотоаппаратом и оптикой оставил дома. Конечно, это был частный случай съемки для Instagram. Но я хорошо запомнил, как просматривал отснятый материал и понимал, что только что заработал бонусом часа три – четыре времени, которые потратил бы на сортировку материала, отправку дизайнеру, правки, согласование… а тут пара кликов – и все готово. Конечно, у мобильной фотографии существуют явные границы по возможности использования. Но то, каким скачком эти границы расширились, приятно удивляет и продолжает радовать день за днем уже почти год. С опаской смотрю в сторону трансформера MateBook. Вот так возьмешь потестировать и придется выставить на продажу всю линейку «покусанных яблок».

Может, ты ещё предполагал, что в будущем будет с фотографами?

– Возможно, даже и профессии фотографа не будет. Уже сейчас летают дроны, которые постоянно снимают. Управляются они тоже автоматически: выставляется объект, дрон летит и фотографирует. Потом на него повесят профессиональные камеры, и сферы спортивной и репортажной фотографии изменятся неузнаваемо. Отбор изображений тоже будет делать программа. Я не говорю, что фотография умрет (уж точно не раньше театра и радио), но сильно преобразится в самом ближайшем будущем. Тенденция хорошо чувствуется последние лет пять. Сегодня почти каждый имеет свою камеру и делает автопортреты самостоятельно. Фотограф-профессионал всё реже и реже нужен отдельному потребителю. В итоге останутся самые эффективные и самые дешевые. Основной массе «середнячков» придется переквалифицироваться и это происходит уже прямо сейчас.

Чем займёшься, когда ты, как фотограф, больше будешь не востребован?

– Чем угодно – я, в какой-то степени, человек-оркестр. Фотография просто самая яркая скрипка. Плотно занимаюсь видеомаркетингом, работаю с несколькими проектами на уровне общей координации и оперативного управления. В общем, если вдруг фотографию запретят – отдохну в честь этого события пару дней и пойду работать дальше

Никита, какие у тебя планы на будущее?

– Грандиозные! Хотя будущее – это, в принципе, то, чего не существует. Я умею радоваться тому, что есть здесь и сейчас, а что будет потом – зависит от того, в какую сторону смотреть. В ближайшей перспективе запуск очень интересного проекта на YouTube и организация поездки в Албанию, знакомству с которой мы уделили два месяца в конце прошлого года.

Беседовала: Вероника Вельб
Фото: Анна Шарко



«Как дела?» с Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»
 


поиск по сайту

Баннер

Баннер


главная z-проекты как дела? «Как дела?» с Никитой Безруковым: «Я – человек-оркестр. А фотография просто самая яркая скрипка»