Александр Бородулин - неординарный фотограф. Он привез свою ретроспективную выставку в Минск и планирует осуществить в Беларуси еще несколько проектов. Бородулин известен как первый фотограф, снявший советских женщин для журнала Playboy. Чем еще увлечен мастер, мы узнали накануне открытия выставки «Александр Бородулин. Ретроспектива. Часть I», организованной ивент-агентством Евгения Булки «Mart».

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

- Что для вас фотография?

- Вопрос сложный. Наверное, все, чем я занимаюсь с тех пор, как себя помню.

Фотография занимает огромную часть моей жизни, практически всю. А все остальное отвлекает от нее, к сожалению. Мне не нравится заниматься рекламой, PR и реализацией фотографии. Меня больше привлекают творческие аспекты.

- Кроме творческой фотографической деятельности, Вы так же занимаетесь коллекционированием фотографии...

- У меня огромная коллекция классической советской фотографии. Она охватывает период с 1920-х до начала 1960-х годов и является самой большой в мире относительно этих лет. Советская фотография была и в 80-е, и до начала 90-х, но этим периодом я не занимался, потому что он, грубо говоря, всеобъемлющий и лежит на поверхности. Мне, как коллекционеру, интереснее было собирать материал, который тяжело найти. Если взять сегодняшнюю фотографию, ее легко собирать, потому что все на виду. А пласт старой фотографии был практически потерян. К тому же, к 1920-м годам фотография получила сильное развитие, превратилась во что-то технически совершенное.

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

- Какие авторы представлены в коллекции?

- Все самые-самые: первые имена, первые работы. Например, наиболее широко представлен Макс Альперт, есть практически весь его архив. Яков Халип, С.Лоскутов. Так же есть фотографии Наума Грановского, Дмитрия Бальтерманца. Словом, почти все советские фотографы.

- Вы говорили, что хотите показать выставку советской военной фотографии в Минске. Расскажите об этом проекте.

- Часть моей коллекции охватывает годы Великой Отечественной войны. Я пытаюсь найти немецкие военные фотографии и не нахожу их, их очень мало. Мне было бы интересно посмотреть, как немцы сняли свою войну, но я даже не могу себе представить, куда подевались все эти фотографии, может они лежат где-то в архивах КГБ? Американской военной фотографии немного, но она есть и она классная. Сразу на ум приходит Каппа, например.

Мой отец* очень сентиментально относится к фотографии, потому что он больше чем я погружен в эту тему. Меня все же что-то в жизни отвлекает от нее, а его вообще никогда ничего никогда не отвлекало, даже семья. Коллекцию советской фотографии мы собрали благодаря большим стараниям моего папы. Он всегда получал фотографии от каких-то авторов, от того, с кем работал. Например, у него в «Огоньке» была фотолаборатория на двоих в Бальтерманцом**. И он присутствовал при печати многих известных кадров. Например, многие спрашивают о фотографии «Горе». А у нее на самом деле нет оригинала, потому что небо впечатано с другой карточки. Теперь эта фотография в коллекции. Многие фотографы начали печатать свои военные фотографии только в конце 50-х годов. По какой-то причине они не публиковались сразу после войны, не было никакого ажиотажа, вся она лежала до 1960 года и никто ею не интересовался. А уже позже она стала знаменитой, востребованной.

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

Мы начали собирать эту фотографию. Для папы - это воспоминания его молодости. Он не снимал войну, но был офицером: его забрали из полиграфического института и он защищал Москву и брал Берлин, прошел весь путь в качестве офицера. И для него военные фотографии - это реальные места, люди, события. Мне все же удалось найти многие военные фотографии: из выброшенных архивов, договаривался, покупал у вдов солдат. Время способствовало. Начало 90-х – это период, когда не то, что фотография, вообще никакое искусство никому не было интересно. Люди пытались как-то выжить, решить квартирный вопрос. Когда стоял выбор: сохранить архив или сдавать квартиру, то конечно от большого архива избавлялись. А мне он был нужен, и я ходил, собирал эти фотографии. Тогда еще многие фотографы были живы. Кого-то я знал с детства, кто-то знал и работал с моим отцом. Для моей семьи и для меня лично война - это больная тема. У мамы погиб брат, мой дядя. С еврейской стороны все родственники были убиты на Бабьем Яру и в Польше, не осталось вообще никого, причем погибли не просто дальние родственники, а братья, сестры, мама, папа. Папин брат тоже воевал. Моя мать пережила эвакуацию. А когда я начал погружаться в эту тему с точки зрения фотографии, увидел, насколько сильное это производит впечатление. Но для многих людей война уже очень далеко. И поэтому я делаю много фотографических выставок о войне. Я хочу популяризировать эту тему, потому что она важна для меня и для моих родителей. И я бы хотел, чтобы люди о ней не забывали.

Здесь я попытался докомплектовать выставку фотографиями,  которые были бы близки белорусам. Ваша страна очень сильно пострадала от войны. Все пострадали, но здесь вообще камня на камне не осталось.

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

-  Расскажите, что еще будете делать в Беларуси?

-  Я хотел бы открыть студию, но пока не очень понимаю как, потому что дико сложные юридические законы и формы. Я снимаю эротику. В разных странах разные законы по поводу эротики, здесь я не смог определить какой закон, его нет. Сегмент девушек-моделей в возрасте от 16 до 18 лет очень сложный, и в разных странах – разное законодательство.

Также планирую делать здесь книгу «Девушки Беларуси». Впервые идея пришла, когда я приехал в Минск  и увидел здесь огромное  количество красивых девушек. Появились и люди, которые хотят помочь ее издать.

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

- Какой Вы видите эту книгу?

- Я ее хочу сделать сексуальной, но не эротической. У меня есть приятельница, знаменитый художник и дизайнер Света Виккерс, она помогала мне в свое время снимать фотографии для Playboy. Она называет этот фотографический стиль «воздушно-лоховской». Я им очень хорошо владею. Для меня это не творческий процесс, но приятный. Мне нравятся красивые девушки, нравится их снимать. Для меня это как разминка для спортсмена, я не иду на какой-то рекорд в съемке, не собираюсь делать то, что удивит профессиональный мир фотографов. Я буду снимать так, как снимает масса крутых фотографов. Но в отличие от меня, они ничего больше в фотографии не делают, а у меня помимо этого есть другие направления, которые им не доступны.

То есть, я буду делать сексуальные красивые фотографии красивых девушек в интерьерах и экстерьерах. Там не будет обнаженной натуры, но фотографии должны выглядеть очень эротично. В Америке этот жанр фотографии называется «cheesecake». Им снимают рекламную фотографию, он уже давно стал популярным, его монополизировали многие мужские журналы, в частности GQ.

- Почему Вы выбрали такой стиль?

- Потому что мне он импонирует как фотографу, он очень доступен для широкого зрителя, а здесь зрителя вообще не много. Кому могут быть интересны девушки Беларуси? Только тем, кто сюда приезжает и самим белорусам. А это мизерное количество людей с точки зрения издания, хорошо, если наберется несколько тысяч. Если делать книгу в каком-то заумном стиле, аля Хельмут Ньютон, я думаю, тираж может ограничиться несколькими сотнями, а для книги это нереально. Поэтому я выбрал этот стиль, он много лет существует, опробован, мне легко его снимать, займет не много времени. Девушкам такой стиль тоже нравится: они всегда выглядят красиво. Это такой полный конформизм, но ничего плохого в этом нет.

Сейчас все крутые фотографы умерли, и на их место пришли не крутые, которые стали как бы крутыми. И вот эти фотографы, я их могу перечислять десятками, работают для Vogue, Marie Claire и других крупных журналов в мире. Они ничего другого кроме этого стиля не делают. Они стали знаменитыми, потому что этим стилем сняли девушек, которые стали знаменитыми. И все восхищаются, смотря на эти фотографии, а ничего в них нет. И это то, что я собираюсь сделать, я считаю, что это просто детская игрушка. Но люди сделали на этом бренд, имя. Это конечно парадоксальная ситуация. Без этого стиля профессиональному фотографу тяжело, потому что он очень коммерческий.

Александр Бородулин: «Фотография занимает почти всю мою жизнь, а остальное от нее отвлекает»

- Кто в фотографии оказал на Вас особенное влияние? У кого Вы учились?

- Моими учителями были сами фотографии. Иногда одна фотография полностью может поменять представление о том, что ты хочешь делать. А когда начинаешь интересоваться фотографией, за ней оказывается фотограф. А иногда не оказывается никого, в том смысле, что никто не знает этого автора. Поэтому достаточно много людей оказало на меня влияние. Безусловно, мой отец, классики советской фотографии. Вех в фотографической молодости было достаточно много, да и сейчас они появляются, в связи с тем, что у меня очень широкий фотографический диапазон. Я снимал журналистику, спорт, войну, архитектуру и тревэл, но это меня никогда особо не увлекало, и я снимаю моду. А в моде у меня диапазон от концептуальной фотографии до плейбоя.

- Уйдем немного в другую область фотографии и творчества. Как складываются Ваши взаимоотношения с кураторами выставок?

- Куратор – это человек, который курирует какое-то дело. В этой ситуации я всегда цитирую Дэвида Линча: «Хорошо, когда у тебя есть хотя бы один человек, который интересуется твоим творчеством, ждет каких-то новых вещей в твоем творчестве». Так вот куратор должен быть таким человеком. К сожалению, во всем мире так случилось, что кураторы стали важнее самих художников. Это конечно неправильно, но бороться с этим уже нельзя. Я не люблю заниматься рекламой и PR, мне нужны люди, которые могут это делать. А этих людей меньше, чем тех, кто занимается творчеством. Очень часто эти люди необразованные или плохо образованные, или их мнение не совпадает с моим, а я должен с ними работать, потому что нет выбора. И это проблема - восстать нельзя. Сегодня умение продавать важнее умения создавать. И, к сожалению, никуда от этого не денешься. Это вопрос соотношения твоей известности с силой влияния человека, который занимается PR. Без этих людей невозможно двигать искусство, и многие из них обнаглели и охамели.

- Чего вы ждете от выставки здесь?

- Я ничего особенного не жду. Я никогда ничего не жду. А что я могу ожидать? Денег и славы? Я не думаю, что эта выставка мне их даст. Конечно, хотелось бы, чтобы все, что ты делаешь, приносило тебе деньги и славу, ради этого человек собственно что-то и делает. Самое главное для меня, чтобы то, что я делаю, мне доставляло удовольствие. Я всегда уходил от того, что мне не нравится. Возможно, выставка даст новые связи, новые возможности, новые предложения. Хотелось бы найти спонсоров на мои будущие проекты, но это крайне сложно всегда.  

---

*Лев Бородулин (род. 1923, Москва) - советский и израильский фотограф, мастер спортивной фотографии
**Дмитрий Бальтерманц (13 мая 1912, Варшава, Польша - июнь 1990, Москва, СССР) - известный советский фотокорреспондент

Беседовала: Таня Федоренко
Фото: Оля Шукайло

Источник: znyata.com

обсудить на форуме zнята